Екатерина Васильева-Островская (vasilek) wrote,
Екатерина Васильева-Островская
vasilek

Кармен-вуду

Кармен для испанцев - это примерно то же самое, что капитан Данко из "Красной жары" для русских. То есть образы, созданные в рамках другой культуры и на чужом языке, но содержащие при этом целый ряд национальных клише. Ну, Данко-Шварценеггер давно уже списан в архив, а вот с Кармен периодически приходится иметь дело. Поэтому, главная задача, которая стоит сегодня перед режиссёрами, когда речь заходит о постановке этой оперы, не погрязнуть в "испанском колорите" и не свести всё к экзотическим страстям. Себастьян Баумгартен в Komische Oper, однако, не испугался клише и даже специально ввёл в спектакль танцовщицу фламенко, которая в перерыве между актами исполняла на сцене зажигательные танцы под гитарное сопровождение, совсем не предусмотренное партитурой. Но тем не менее постановка не оставила приторного впечатления, потому что фольклорные мотивы (розы в волосах, веера, тореадоры) в ней неизменно пропускались через фильтр жестокой и грязной повседневности (циничные солдаты, полуразрушенные трущобы, вездесущие массмедиа). Контрабандисты, к которым убегает Кармен, превратились в бунтарей-революционеров, размахивающих красным флагом - аналогией дразнящей тряпки тореадора. Кстати, тореадор Эскамильо появляется со своими куплетами, хромая на одну ногу, что придаёт этому образу какой-то новый, более человечный оттенок. Впрочем, хуже всего со здоровьем у Дона Хосе, который в версии Баумгартена производит впечатление тихого психопата, который и без Кармен уже находится на волоске от нервного срыва, а уж с ней и совсем съезжает с катушек.

Сама Кармен в исполнении Катарины Брадич прекрасна и страшна одновременно. Впервые она появляется на сцене с Хабанерой на устах и в гриме жрицы Вуду. Потом, правда, ей предстоит сменить ещё много ролей и аксессуаров: от кастаньет до кожаной кепки а ля Владимир Ильич (портрет которого носит на футболке один из её революционных товарищей). В финале доведённый до отчаянья Дон Хосе (не способный, в отличие от своей подруги, на быстрые перевоплощения и долго и мучительно привыкающий к палестинскому платку, на который ему пришлось сменить солдатскую униформу), перед тем как убить Кармен, пытается её изнасиловать. Но у него элементарно ничего не получается, что вызывает у героини приступ гомерического хохота, после чего трагедия уже неизбежна. Когда оркестр затихает, мы ещё несколько секунд видим отвергнутого любовника, всхлипывающего над свежим трупом с сигаретой в руках. И становится понятно, что "Кармен" и сегодня ещё вполне можно воспринимать всерьёз!
Tags: театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments